Дафна и Дарси, устав от бесконечного городского шума, нашли убежище в старом доме, затерянном среди валлийских холмов. Молодые музыканты искали тишину и вдохновение для своего нового альбома, планируя наполнить его шелестом листьев, пением птиц и шумом далекого ручья.
Они записывали каждый звук, каждый шорох, надеясь уловить саму душу этого места. Однажды их микрофоны поймали нечто странное — тихий, едва уловимый напев, не похожий ни на один природный звук. Это была мелодия, одновременно прекрасная и тревожная, будто доносящаяся из другого мира.
Спустя несколько дней на пороге их дома появился мальчик. Он стоял молча, смотря на них большими, слишком серьезными глазами. У него не было имени, он не помнил, откуда пришел. Казалось, он просто возник из тумана, окутывающего лес по утрам.
Сначала Дафна и Дарси пытались выяснить, чей это ребенок, откуда он взялся в этих безлюдных местах. Но вокруг на многие мили не было ни души, а мальчик лишь повторял, что хочет остаться с ними, стать частью их маленькой семьи. В его голосе звучала такая уверенность, такая странная решимость, что это пугало больше, чем сама его внезапное появление.
Он знал вещи, которых не мог знать. Напевал мелодии, которые они никому не играли. Иногда по ночам из его комнаты доносился тот самый потусторонний шум, который они когда-то записали случайно. Мальчик словно стал мостом между их миром и чем-то иным, незримым, что жило в этих лесах испокон веков.
Он не просил остаться — он просто был там, каждый день, становясь все ближе и необходимее. Как будто его присутствие было предопределено, а их дом всегда ждал этого третьего жильца. И чем дольше он оставался, тем яснее становилось: он не уйдет. Он нашел то, что искал. И теперь он будет держаться за это любой ценой.
